В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Общество

  << Пред   След >>

Россия и будущее Европы

Год России и Франции, который обе страны проводят совместно, оживил интерес к различным аспектам истории российско-французских отношений. На эту тему выступают видные политологи, дипломаты, военные деятели и ученые. Среди них особое место занимает постоянный секретарь Французской академии Элен Каррер д'Анкосс, автор ряда популярных трудов по истории России.

Ее увлечение историей России в немалой степени объясняется тем, что она родилась в семье российских эмигрантов и среди ее предков упоминается как графский род Орловых, так и "профессиональные" революционеры.

Работы главы Французской академии по истории Российской империи и СССР всегда вызывали интерес не только из-за глубокого анализа событий прошлого, но и предвидения будущего. Достаточно сказать, что еще в 1978 году Каррер д’ Анкосс в своей книге "Расколовшаяся империя" сделала прогноз распада СССР.

В последние годы она уделяет все больше внимания развитию России в постсоветский период, ее месту и роли в мировом сообществе. Именно этим проблемам посвящена новая книга Элен Каррер д’Анкосс "Россия на перекрестке двух миров", вышедшая 5 мая в издательстве "Файяр".

Для большинства стран как европейского, так и других континентов, падение Берлинской стены в ноябре 1989 года стало символом не только конца коммунизма, но и окончания ХХ века, отмечает автор в предисловии. Однако для россиян ХХ век на этом не закончился. В их памяти агония этой эпохи ознаменовалась такими событиями, как неожиданное, как по мановению волшебной палочки, исчезновение могущественного Советского Союза в декабре 1991 года и добровольный, что является неслыханным явлением для страны, уход в декабре 1999 Бориса Ельцина с поста главы российского государства, ознаменовавший завершение так называемого "переходного" периода.

Такое различие в видении хронологии истории ХХ века объясняет появление впоследствии ряда недоразумений между Россией, мучительно выходившей из коммунизма, и остальным миром, который считал, что исчезновение созданной Лениным системы само по себе означает, что от нее не осталось никакого следа. В этом контексте характерно, что повсюду в мире падение коммунистических режимов в странах Центральной и Восточной Европы считали кульминационным пунктом падения красного тоталитаризма, относя российский катаклизм в разряд второстепенных, периферийных событий на переломе веков. Именно поэтому, считает Каррер д’Анкосс, международное сообщество сразу же тепло, как блудных сыновей, приняло посткоммунистические европейские государства, а к новой России долгое время относилось с подозрением.

Россияне на протяжении всей своей истории задавались вопросом – кто же они есть на самом деле? Европейцы или, в силу многочисленных нашествий с востока, – азиаты? Или же, наконец, – евразийцы?

Российские постсоветские лидеры постоянно подчеркивают, что Россия является частью Европы, которая стала их общим домом, но западноевропейцы, в том числе французы, по- прежнему с опаской взирают на огромную страну и расходятся во мнении в ответе на этот вопрос, отмечает автор. Их пугают не только необъятные просторы России, которая при Борисе Ельцине уменьшилась почти на четверть, но и характеристика, данная ей маркизом де Кюстином в бестселлере 1839 года.

По мнению академика, маркиз, для которого "Сибирь начиналась уже в Польше", имел весьма поверхностные знания о России, но всячески старался подать себя знатоком "этой варварской азиатской страны". Такое мнение о российском государстве еще живет в сознании потомков тех европейцев, которых маркиз сумел убедить в том, что "Европа кончается на границах Польши", и следовательно "варварская" Россия не является ее частью. Хотя новая Россия освобождается от коммунизма, настойчиво декларирует свои европейские устремления, эти идеи "классика русофобии", как выразился один из российских писателей, еще долго будут обусловливать взгляд западного мира на новую Россию.

До распада СССР западноевропейцев пугала мощь России, теперь они опасаются, что движимая ностальгией по прошлому и духом реванша эта страна захочет вдруг вернуть себя былые размеры и силу, отмечает Каррер д’Анкосс. Она согласна с тем, что россияне постсоветских десятилетий болезненно реагировали на падение авторитета страны на международной арене, на многочисленные унижения России, которая в последние годы обретает уверенность в своих силах и восстанавливает международный престиж. Такая эволюция меняет настроения и среди населения, которое с каждым годом начинает жить все лучше и обеспеченнее, а не думать постоянно о "призрачном светлом будущем".

Уже более 20 лет отделяют Россию от ее советского прошлого. Российские лидеры неизменно заявляют о намерении превратить страну в государство ХХI века и идентифицируют его именно с Европой, пишет автор. Для страны, которая отстала в развитии, такой радикальный прыжок в ХХI век, по меньшей мере, отважный, но дорогостоящий шаг. Однако Владимир Путин, который первым произнес эти слова, по- прежнему пользуется непререкаемым авторитетом среди россиян. Ведь российское общество, совсем недавно униженное в связи с распадом СССР, вновь с ликованием наблюдает за возвращением былой мощи страны. Поэтому, по мнению автора, Россию ХХI века следует рассматривать в зеркале ее нынешнего статуса и ее достижений на международной арене, чтобы попытаться ответить на вопрос – "Стоит ли еще бояться России?".

Каррер д’Анкосс предлагает подойти к ответу на этот вопрос, взяв за основу позицию известного американского политолога Андрея Цыганкова. "События второй половины 2008 года показали, что на смену миру "после холодной войны" пришел постзападный мир, в котором все возрастающую роль играют Россия и Китай", – считает этот ученый. Такая шкала оценок помогает лучше понять отношения российского государства с другими странами в последнее десятилетие, наиболее важные моменты этих отношений, логику и средства их развития.

Прежде всего, это, естественно, "российско-грузинская война" августа 2008 года, считает глава Французской академии. Своими действиями в этом конфликте Россия "продемонстрировала, прежде всего, что она отвергает политику возвращения к эпохе "холодной войны", что она отвергает односторонний подход к определению концепции международной жизни без ее участия". "Вмешавшись в конфликт на Южном Кавказе, Россия четко позиционировала себя не как страна сомнительной демократии, которую международное сообщество может разбирать по полочкам и делать замечания за нарушение правил, лишая при этом Россию права действовать в соответствии со своими интересами, – пишет Каррер д’Анкосс. –
Напротив, Россия позиционировала себя как полноправная демократия. Этим актом она решительно продемонстрировала свой не подлежащий сомнению статус великой державы перед лицом США, заявила о необходимости создать действительно новый мировой порядок эпохи после "холодной войны". То есть положить конец тому порядку, при котором России могут бросать вызов новыми "цветными революциями", продвижением НАТО к ее границам, неконтролируемым развертыванием баз ПРО на этих границах".

Российское общественное мнение в подавляющем большинстве поддерживает восстановление позиций страны на международной арене, и лишь часть элиты общества выражает некоторое беспокойство. Первопричина этого беспокойства в определении – какова эта Россия, которая считает преимущественным для себя утвердиться как постзападная держава? "Для большинства россиян и руководителей РФ их страна не является азиатской, – резюмирует автор. – Для них – это великая европейская держава, расположенная географически отчасти в Азии". Это самосознание европейской идентичности России никогда не было столь сильным, как в ХХI веке, когда данная проблема поставлена со всей остротой. Нельзя забывать, что нынешние руководители России, Дмитрий Медведев и Владимир Путин, постоянно подчеркивают также и роль христианства, то есть православия, в российской идентичности".

Ряд российских экспертов задаются также вопросом – не является ли иллюзорным нынешнее процветание России, не строится ли сегодняшнее могущество страны на песке, не рухнет ли оно в одночасье? Другие российские эксперты сокрушаются по поводу "провала политической модернизации" и "ошибочных претензий России противопоставить альтернативную западному миру цивилизацию". По их мнению, в отличие от стран Азии, которые сохранили традиционные культурные ценности, Россия разрушила собственную культуру и оказалась в "цивилизационном вакууме". Поэтому, считают такие эксперты, Россия должна отказаться от всего, что было сделано после 1990 года, в том числе от претензий на статус великой державы, и во всем следовать примеру западных стран.

Этот тезис находит поддержку среди части российской элиты, но отнюдь не среди ее нынешнего руководства, которое выступает за модернизацию страны, но не любыми средствами, и тем более не среди большей части российского общества, которое никогда не согласится с подобным резким поворотом, подчеркивает автор. Слишком горькое воспоминание осталось в памяти у россиян от начала 1990-х годов – свобода нужна всем, но не ценой полного краха России.

По оценке автора "России на перекрестке двух миров", большинство граждан РФ осознают, что "модернизация страны отнюдь не закончена, что предстоит пройти долгий путь, прежде чем Россия полностью возродится". То есть, "обретение былой силы – это лишь часть возрождения". Именно о сильном государстве, современном и высокодуховном, неизменно шла речь в дискуссиях, которые велись в России в ХIХ веке.

Так каков же должен быть ответ на вопрос – стоит ли до сих пор бояться России? "Вместо того, чтобы бояться России, пришло время попытаться понять ее, – считает Каррер д’ Анкосс. – Понять, что эта великая страна, раздираемая между двумя мирами, все-таки идентифицирует себя с Европой и намерена разделить с ней общую судьбу. А нам остается помочь ей в этом".

Было бы несправедливым не упомянуть о других публикациях во Франции весьма известных авторов на эту же тему, в подтверждение или дополнение основных тезисов постоянного секретаря Французской академии. Отношения между Россией и Европой уже многие годы будоражат умы как в России, так и на Западе. Эта тема всегда – предмет горячих дискуссий и споров, участники которых нередко придерживаются прямо противоположных позиций. Об этом и шла речь в Российском центре науки и культуры в Париже в октябре прошлого года на презентации опубликованной здесь на русском языке книги "Россия и европейская идея".

Российский европеизм стал не только одним из течений политической мысли, но и объективной реальностью, он отражает отношение России к Европе и остается площадкой не только взаимодействия, но и постоянной конфронтации различных точек зрения – консервативной, либеральной или радикальной. Такую точку зрения высказал тогда автор книги, директор Института всеобщей истории РАН, академик Александр Чубарьян. Со времен Александра Герцена понятие "европеизм" стало предметом острых дискуссий, которые сотрясали российское общество, эта тема не раз раскалывала российское общество, по ней нет единства и сегодня. Российский европеизм во многом определяется проблемой идентичности, глубоко свойственной национальным особенностям России, отметил академик.

В своей книге Александр Чубарьян дал глубокий анализ теоретических, культурных и исторических аспектов эволюции "европейской идеи", а также откликов на дискуссии по данной теме среди западных мыслителей и политологов. Вначале автор размышляет о причинах несколько упрощенного взгляда европейцев на Россию, как на отсталую и невежественную страну и источник угрозы для Европы во времена Петра Первого, затем – как на тоталитарное государство.

Однако взгляд европейцев на Россию начинает меняться после распада СССР и проведения демократических реформ. Начинается новый этап в сближении России с Европой, она становится ее неотъемлемым партнером в области экономики, политики и культуры. Однако примет ли Европа "российский европеизм", если россияне стремятся не только сохранить, но и укрепить свои традиции и национальные ценности?

"Россия и европейская идея" – уникальный труд на французском языке с глубоким анализом отношений между Россией и Европой. "Российский европеизм" – это, как явствует из книги, принадлежность России к Европе, и не столько географически, сколько духовно. Это означает, что их объединяют общие ценности, культура и история, пояснил академик участникам дискуссии в Российском центре науки и культуры. "Без России невозможно представить Европу ни в экономическом, ни в политическом, ни в культурном плане, ни в плане безопасности, – считает Александр Чубарьян. – Россия принадлежит Европе, об этом говорит вся русская культура. Однако при этом, по выражению Белинского, "мы остаемся русскими, но в европейском духе".

"Европа простирается не от Вашингтона до Брюсселя, а от Бреста, на атлантическом побережье Франции, до российского Владивостока". Со столь категоричным заявлением выступил известный французский политолог Марк Руссе в своей книге "Новая Европа. Париж – Берлин – Москва", вышедшей здесь в ноябре 2009 года. Ее содержание в определенной степени перекликается с вышеупомянутой книгой "Россия и европейская идея" академика Александра Чубарьяна. С другой стороны, некоторые рецензенты сравнивают книгу Руссе с трудом Самюэля Хантингтона "Столкновение цивилизаций", ставшим одним из самых популярных геополитических трактатов 1990-х годов, и с нашумевшей книгой Збигнева Бжезинского "Великая шахматная доска – господство Америки и его геостратегические императивы".

Марк Руссе – доктор экономических наук, имеет дипломы нескольких университетов, в том числе Гарвардской школы бизнеса. В течение 20 лет он возглавлял ряд транснациональных корпораций, к его книгам писали предисловия премьер-министры Франции, министры и академики.

Автор "Новой Европы. Париж – Берлин – Москва" считает, что "Россия, которая заплатила многими миллионами жизней за судьбу Европы в ходе двух мировых войн, самим этим фактом является европейской страной". Он сравнивает "католицизм и православие с двумя составляющими единых легких христианства" и считает, что не следует противопоставлять, как это делает Самюэль Хантингтон в своем "Столкновении цивилизаций", западноевропейских католиков и протестантов и православных.

Марк Руссе призывает в будущем создать так называемую "северную паневропейскую ось государств, которая бы включала весь славянский и православный мир". По его мнению, такая идея может конкретизироваться путем сближения между "Европой Каролингов" /этой династии положил начало Карл Великий, она правила в VIII – Х веках/, со столицей в Страсбурге, и Россией. Только такой видит Руссе двухполюсную будущую Большую Европу со столицами на берегах Рейна и Москвы-реки.

"Будущее Европы – отнюдь не в Европейском союзе, который чрезмерно раздулся и утратил свою идентичность, а в создании двух европейских альянсов – восточного и западного, которые бы взаимно уравновешивали друг друга и оставались дружескими соперниками". К такому выводу приходит автор "Новой Европы".


Источник: По материалам ИТАР-ТАСС
При полном или частичном использовании данного материала ссылка на rodon.org обязательна.


 Тематики 
  1. Общество и государство   (31)
  2. Россия   (1206)
  3. Европа   (213)