В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Политика

  << Пред   След >>

Итоги года в отношениях России и США:взгляд из Вашингтона

Заместитель руководителя Совета национальной безопасности при Белом доме по стратегическим коммуникациям, советник и главный внешнеполитический спичрайтер президента США Барака Обамы Бен Родс дал эксклюзивное интервью корр. ИТАР-ТАСС по итогам 2011 года в американо-российских отношениях. Текст беседы, состоявшейся 23 декабря, приводится ниже:

- Чего удалось достичь за истекший год, каковы главные "плюсы" в двусторонних отношениях?

– Мы с самого начала хотели строить отношения на основе общих интересов США и России, делать их более динамичными в ряде областей.
Известно, что за первые два года мы добились прогресса по целому ряду проблем безопасности. Прежде всего это распределительная сеть для поставок в Афганистан, вопросы ядерной безопасности и переговоры по новому Договору по СНВ. Как раз в нынешнем году новый ДСНВ вступил в силу.
Но мы хотели продвигаться вперед и по экономическим вопросам. Мы считаем, что главное достижение нынешнего года, его "фирменный знак" – завершение переговоров по вступлению России в ВТО. На мой взгляд, это показывает, что США и Россия могут сотрудничать в экономике так же, как и в сфере безопасности.
А если вспомнить, как много лет ушло на достижение этого результата, то это и напоминание о том, насколько серьезна наша приверженность "перезагрузке" отношений с Россией и насколько велик потенциал развития американо- российских отношений в экономических областях, а не только в сфере безопасности.

- Россия 18 лет к этому шла...

– Ну да, конечно. Кстати, вот еще о чем нужно сказать.
Мы обратили внимание, что президент Медведев в своей речи /послании Федеральному Собранию РФ – прим. ИТАР-ТАСС/ выделил новый Договор по СНВ и вступление в ВТО, как важные достижения своего президентства. И мы со своей стороны считаем, что это действительно два наиболее наглядных подтверждения того сотрудничества, которое президентам Обаме и Медведеву удается продвигать в последние три года. Так что мы приветствуем эти высказывания президента Медведева по ВТО и ДСНВ.

- А как вы оцениваете его соображения по дальнейшей демократизации в стране?

– Он выдвинул ряд очень важных реформаторских идей по развитию демократии в России. Эти идеи соответствуют как подходу президента Медведева за последние несколько лет, так и некоторым требованиям российского гражданского общества. Так что, на наш взгляд, это важная благоприятная возможность продвинуть демократию в России. Это подтверждает серьезное отношение российских властей к чаяниям народа.
Конечно, эти обязательства еще нужно выполнить, но выражение поддержки демократии важно /и само по себе/.

- Что в двусторонних отношениях за год сделать не удалось и почему?

– Думаю, если взглянуть на те области, в которых нам не удалось договориться, самая заметная – это противоракетная оборона.
Мы много раз говорили с российскими властями о том, как нам продвинуть вперед сотрудничество по ПРО. Тем не менее у нас до сих пор сохраняются по этому поводу серьезные разногласия. Взгляд США по-прежнему сводится к тому, что наша программа ПРО не угрожает России и не направлена против нее. И что и американская, и российская, и глобальная безопасность только выиграет от сотрудничества между нашими двумя странами.
Так что, хотя мы и не достигли в этом году согласия по ПРО, мы продолжаем считать, что для нас лучший путь вперед – это продолжение дискуссий и переговоров по этому вопросу между нашими двумя правительствами...

- Русские говорят, что готовы сотрудничать и делают свои предложения, но американцы ничего приемлемого не предлагают. Дескать, у США подход по принципу "либо подключайтесь к нашему проекту на наших условиях, либо мы будем продолжать его без вас". Это верное описание американского подхода?

– Ну, думаю, тут необходимо постепенное укрепление доверия. Мы считаем, что сотрудничество возможно. Но не хватает доверия. Российское правительство пока не удовлетворяют наши заверения насчет целей нашей системы ПРО...
Надо дальше работать с россиянами, показывать, что система на них не нацелена. Надо придумать, как создать доверие. Это необходимо, чтобы открыть двери для большего сотрудничества. Нужно заложить основу большего доверия – прежде, чем станет возможным существенный прогресс в направлении сотрудничества.

- Если опять оглянуться на уходящий год, каков, на ваш взгляд, все же баланс в двусторонних отношениях?

– Я думаю, что баланс все равно положительный.
Мы всегда исходили из того, что США и Россия будут согласны не во всем, что между нами время от времени будут возникать серьезные разногласия. Но это не должно мешать нам сотрудничать в тех областях, где у нас общие интересы.
Если взять такие вопросы, как ядерная безопасность, борьба с терроризмом, содействие экономическому росту, – на наш взгляд, между США и Россией больше общего, чем разъединяющего. Мы также согласны, что и для наших стран лучше, и для всего мира лучше, когда наши две страны сотрудничают друг с другом.
Так что и при наличии разногласий /а у нас случаются разногласия и по таким вопросам, как Ливия или Сирия/, самое лучшее для обеих наших стран – иметь продуктивные отношения, в рамках которых мы можем работать рука об руку над вопросами, где наши интересы совпадают, и конструктивно улаживать разногласия.

- Внешние факторы. Выборы. Влияют ли они на наши отношения, и если да, то насколько сильно?

– Мы считаем, что они не должны влиять на наши двусторонние отношения. Понятно, что когда в стране выборы, все внимание сосредоточено на актуальных внутренних вопросах.
Но в то же время весь наш подход к американо- российским отношениям заключается в том, что у нас должна быть некая "базовая линия" сотрудничества, которая должна сохраняться независимо от того, на каких бы других приоритетах ни были сфокусированы правительства.
Кстати, в Гонолулу президенты Обама и Медведев говорили о том, как важно было бы сохранить набранный темп в американо-российских отношениях даже на том переходном этапе, который предстоит сначала в России, а затем, конечно, и в ходе избирательного цикла в США. Так что мы на самом деле обсуждаем тот факт, что идет год выборов. И президенты соглашаются – и в Гонолулу, и в своих беседах по телефону, – что необходимо упорно работать, чтобы сохранить позитивное поступательное развитие наших отношений даже и в контексте выборов.

- А вас не тревожит ужесточение в России тона оценок двусторонних отношений и политики США?

– Конечно, мы замечаем, что в определенные моменты в исходящих из России комментариях упор делается на областях разногласий. Но мы считаем, что это не должно отвлекать нас от тех сфер, где мы можем сотрудничать.
Так что наиболее важны все-таки дела, а не риторика по поводу разногласий. И пока мы сохраняем взаимодействие по ядерному нераспространению, ядерной безопасности, по экономике, – мы сможем преодолевать разногласия.
И, думаю, вступление /России/ в ВТО показывает, что даже в период обострения разногласий по таким вопросам, как ПРО или проведение выборов, мы все же можем работать вместе и добиваться результатов.

- Еще одно важное для всех привходящее обстоятельство – финансово-экономический кризис. Насколько сильно он влияет на расстановку сил в мире и на наши отношения? Что можно сделать, чтобы постараться вместе преодолеть трудности?

– И США, и Россия уже несколько лет работают над преодолением кризиса в мировой экономике. Кое-что можно делать в таких международных форматах, как "большая двадцатка" – чтобы добиваться согласованности действий правительств в ответ на кризис.

Что-то мы можем делать и на двусторонней основе для укрепления наших экономических отношений. Именно на этом был сфокусирован визит в США президента Медведева. Он часто упоминал о потенциале экономической модернизации в России, об интеграции России в мировую экономику через ВТО.
Мы считаем, что это может быть полезно и для США. Вступление России в ВТО выгодно не только российским компаниям, но и американским, ведущим бизнес в России.
Но есть, конечно, и много внешних факторов, создающих риски для обеих наших экономик. Сейчас внимание США, естественно, сосредоточено на ситуации в еврозоне. Мы стараемся помочь европейским лидерам, которые сейчас принимают целую серию очень непростых решений.
Думаю, стабилизация мировой экономики была бы полезна и США, и России. И сейчас в центре внимания – шаги, которые европейские лидеры предпринимают для стабилизации в еврозоне.

- Каково место России в системе внешнеполитических приоритетов США? Они ведь, кажется, смещаются в сторону АТР, при сохранении традиционных друзей и союзников?

– Россия всегда будет оставаться очень важной страной для американской внешней политики.
Тому есть целый ряд причин. Прежде всего – президент Обама придает очень большое значение ядерным вопросам. А Россия – одна из двух ядерных сверхдержав. И, честно говоря, наша способность добиваться прогресса в таких областях, как ядерная безопасность и ядерное нераспространение, во многом зависит от того, можем ли мы тесно взаимодействовать с Россией. Соответственно Россия всегда будет оставаться важным партнером в ядерной области.
Точно так же Россия – важная страна в Совете Безопасности ООН. Мы с Россией там работаем, в чем-то соглашаемся, в чем-то нет. Россия была жизненно важна для введения многосторонних санкций против Ирана, Северной Кореи. И хотя у нас были определенные разногласия по поводу Ливии, Россия воздержалась по ливийской резолюции, и это было важно. У нас есть разногласия и по Сирии, но Россия сдвигается теперь в направлении /хотя бы/ каких-то мер со стороны Совета Безопасности.
Добавлю разве только еще то, что, с нашей точки зрения, и в АТР Россия призвана играть определенную роль. Понятно, что нам необходимо будет тесно координировать с Россией усилия по вопросам, касающимся Корейского полуострова. Россия – участник шестистороннего процесса, один из ключевых игроков в наших усилиях по стабилизации обстановки на Корейском полуострове и продвижении к /его/ денуклеаризации.

Да и в наших усилиях по расширению азиатско- тихоокеанской архитектуры регионального сотрудничества Россия занимает место за общим столом в таких организациях, как Восточно-Азиатский саммит и АТЭС. И мы считаем, что это правильно и важно, потому что, на наш взгляд, всем странам АТР необходимо теснее взаимодействовать для ответа на существующие вызовы. Так что наш подход к АТР вполне охватывает и участие России с ее собственным голосом.
Наконец, по поводу европейской безопасности. Мы глубоко убеждены, что европейская безопасность укрепляется, когда между США, Россией и нашими европейскими союзниками ведется диалог – будь то в рамках Совета Россия-НАТО или в иных форматах.
Так что, если окинуть взором важные для США вопросы, то, хотя, конечно, точкой отсчета для нас остаются отношения с ближайшими друзьями и союзниками, но и России принадлежит ключевая роль. И мы хотим, чтобы Россия работала с нами в качестве партнера по важнейшим для нас вопросам безопасности.

- Пара небольших уточнений в свете сказанного. Каково ваше отношение к российской инициативе по европейской безопасности?

– Президент Медведев не раз поднимал эту тему в беседах с президентом Обамой. Мы считаем, что российское предложение содержит ряд важных идей.
Конечно, основой американского подхода к европейской безопасности остается НАТО и партнерство с нашими европейскими союзниками. Но мы считаем, что можем найти почву для взаимопонимания с Россией, исходя из этой основы и развивая диалог на площадке Совета Россия-НАТО и в других сферах. Так что у США и России есть возможности для проработки некоторых подобных идей. Хотя якорем для нас в Европе остаются отношения в НАТО.

- А вы по-прежнему исходите из того, что майский саммит Россия-НАТО состоится?

– Как я уже сказал, мы выступаем за продолжение диалога между НАТО и Россией. Важная составная часть такого диалога – встречи, в том числе на саммитах.
Как я понимаю, там все еще продолжается работа над повесткой дня, но мы исходим из того, что сможем продолжать диалог с Россией и во время чикагского саммита, и в дальнейшем.

- И еще один уточняющий вопрос. Вы упомянули о Северной Корее, переживающей собственный переходный период. Видите ли вы в связи с этим какие-либо растущие риски в регионе?

– Пока мы не видим усиления нестабильности на Корейском полуострове из-за происходящей сейчас смены руководства. Понятно, что стабильность на Корейском полуострове важна для всех стран в регионе.
Поэтому мы считаем, что США важно очень тесно координировать усилия с нашими союзниками, Южной Кореей и Японией, перед которыми у нас есть обязательства в плане обеспечения их безопасности. Но /нужна/ и более широкая координация, с участниками шестистороннего процесса, включая Россию и Китай. Чтобы ключевые страны региона поддерживали контакт, могли внимательно следить за развитием событий в Северной Корее и продолжать играть роль по поддержанию стабильности.
Повторю: пока ситуация остается относительно стабильной. Думаю, для дальнейшего поддержания стабильности на Корейском полуострове может быть важна координация усилий США и России.

- Последний вопрос. Чего следует ожидать в наших отношениях от 2012 года?

– Ну, вы же упоминали о выборах. Это будет год выборов и в России, и в США. Мы бы хотели продолжать свою базовую линию сотрудничества – по Афганистану, по выполнению нового ДСНВ, по расширению экономического сотрудничества после / вступления России в/ ВТО.
С участием США и России состоится саммит по ядерной безопасности в Сеуле. Думаю, это будет очередная веха в плане личных встреч между нашими лидерами. Мы постараемся там добиться того, чтобы США и Россия взаимодействовали на двусторонней основе и поддерживали другие страны в обеспечении безопасности ядерных материалов по всему миру.
С учетом значимости нераспространенческого приоритета для США, думаю, у нас и впредь сохранится тесная координация по Ирану и Северной Корее.
Наконец, мы, конечно, и в дальнейшем будем заботиться о том, чтобы при любых разногласиях продолжать диалог по ПРО. Опять же – чтобы /хотя бы/ сохранять возможность достижения прогресса.
Так что, думаю, в течение года мы будем стараться беречь уже достигнутое, улаживать разногласия, сохранять возможности взаимодействия в сферах совпадения интересов.
И, конечно, мы /в США/ будем и впредь поддерживать усилия российского правительства по дальнейшему проведению реформ, углубляющих демократию в России. Разумеется, при полном признании того, что это дело российского народа – решать, кому быть лидерами и как те могут реализовывать свои политические амбиции.

- Спасибо огромное за беседу.

– Не за что. И вот еще кстати одно важное добавление по поводу будущего года.
Один из ближайших советников нашего президента – Майкл Макфол. Он играет важнейшую роль в формировании нашей российской политики. И я думаю, будет очень важно, что в "переходный год" у нас послом в Москве будет человек, который очень близок к президенту, говорит от имени президента в любом вопросе американо-российских отношений и, конечно, имеет широкий круг знакомств в самой России – и среди руководства, и в гражданском обществе.
Думаю, это стоит особо отметить. Это важное назначение для будущего года.

- Спасибо за это действительно важное напоминание. Он же уезжает в январе?

– Да, думаю, в начале года будет приведен к присяге. А там – мы, его коллеги по Белому дому, будем мечтать о том, чтобы навестить его в Спасо-хаусе...

- А кто придет ему на смену в Белом доме? Это уже решено?

– Нет. Пока все занимались тем, чтобы обеспечить утверждение кандидатуры Майка /Макфола/. Теперь это будет следующее важное кадровое решение.


Источник: По материалам ИТАР-ТАСС
При полном или частичном использовании данного материала ссылка на rodon.org обязательна.


 Тематики 
  1. США   (942)
  2. Россия   (1216)