В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Политика

  << Пред   След >>

Этические и социальные причины Глобального джихада Салафи

Хохлов Игорь Игоревич – кандидат политических наук, выпускник МГИМО (У) МИД РФ и Российско-французской магистратуры МГИМО, является научным сотрудником Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук, автором спецкурсов "Россия в меняющейся системе международной безопасности" и "Политические конфликты: внутренние и международные аспекты".

Марк Сейджмен, профессор социологии Пенсильванского университета, советник правительства США по борьбе с терроризмом, автор книги Understanding Terrorist Network, представил на международной конференции в Вашингтоне свой доклад, основанный на анализе 382 досье террористов, имеющих прямое отношение к сети, именуемой "Аль-Каидой", тесно связанных с Усамой бен Ладеном, аль-Завахири, аль-Рашиди, египетской группой "Исламский джихад", "Джемайа Исламия" и филиппинской "Абу Сайаф".

Анализ Сейджмена не включал чеченцев, палестинцев, кашмирских боевиков. Он был сосредоточен, таким образом, не на тех террористах, чьи акты террора направлены против собственных правительств, а на тех, которые действуют глобально и не привязаны к какой-либо конкретной территории. Сейджмен называет этих террористов членами социального движения так называемого «Глобального джихада салафи». Салафисты отстаивают самую «аутентичную» и жесткую интерпретацию Корана и скептически относятся к поздним инновациям, которые рассматривают как еретические отступления от изначального пророческого послания.

Сейджмен считает, что есть смысл выделить "Глобальный джихад салафи" как одну из главных стратегий исламского джихада. Впервые она была публично озвучена Усамой бен Ладеном в его фетве 1996 года, в которой он назвал приоритетной борьбу с "дальним врагом", то есть с Западом и в особенности с США и Израилем. После поражения "дальнего врага" джихад должен распространиться на "врага ближнего", на собственные продажные правительства, существующие лишь благодаря западной поддержке.

Бен Ладен призвал к нанесению врагу максимально возможного ущерба, то есть говорить с Западом на языке насилия, на том единственном языке, который Запад, по мнению Бен Ладена, понимает. При этом в качестве основного инструмента джихада он выбрал "мученические операции" смертников.

   По мнению профессора Сейджмена, к последователям бен Ладена не подходят ярлыки злых религиозных фанатиков. Это хорошо образованные, состоятельные, космополитичные, женатые, работающие профессионалы, не страдающие психическими заболеваниями. Сейджмен, упоминая расхожие мнения о террористах, изображающие их как совершенно чуждых западной культуре, заявил, что «к сожалению, они от нас не отличаются».

Представление, что бедность является основным стимулом, позволяющим рекрутировать новых членов в террористическую сеть, по мнению Сейджмена, мягко говоря, упрощает картину. Большинство членов "Аль-Каиды" принадлежит к среднему и высшему классу: 17,6 % — к высшему классу, 54% — к среднему, 27,5% — к низшему классу. Лишь 16,7 % имеют неоконченное среднее образование, 12,1% — среднее, 28,8% обучались в колледже, а 33% окончили колледж, 9% имеют ученую степень. Вопреки распространенному мнению, что вербовка членов террористических групп происходит в фундаменталистских исламских школах, лишь 9,4% террористов имели религиозное образование, все остальные — исключительно светское.

Среди членов сети не было обнаружено ни безработных, ни бродяг, пришедших к террору в поисках денег или славы. Их можно скорее охарактеризовать как квалифицированных профессионалов при хорошей работе: 42, 5% — врачи, юристы, учителя и пр., 32,8% — профессионалы средней квалификации и только 32,8% не имеют специальной квалификации. Причем к последней категории принадлежат в основном арабы, выходцы из Магриба (Марокко, Алжир и Тунис).

Обращает на себя внимание тот факт, что в деятельность террористических организаций вовлечена главным образом молодежь. Средний возраст активистов — 25,7 года. Даже в Центральном штабе средний возраст составляет 27,9 года. На основе доступной информации о семейном статусе членов террористических группировок можно сказать, что 73% из них женаты и многие из них имеют детей. Мало кто из террористов был когда-либо вовлечен в криминальную деятельность или привлекался к суду за уголовные преступления. Есть, правда, несколько исключений среди некоторых менее благоденствующих магрибских арабов, но и они совершали мелкие преступления, вроде мошенничества с кредитными карточками и отмывания денег.

На Западе, как говорит Сейджмен, широко распространено клише: «Именно люди незападных культур и неразвитых регионов способны испытывать большое удовольствие от больших злодеяний». Однако исследования Сейджмена свидетельствуют о том, что большинство современных террористов достаточно вестернизированы и состоятельны: "Большинство этих ребят принадлежит к элите своих стран и очень похожи на некоторых из нас на Западе", поэтому-то их трудно принять за "других" или "чужаков». Но почему же эти похожие на нас молодые люди, образованные и состоятельные, психически уравновешенные и успешно социализированные, выбирают путь абсолютного нигилизма и массовых убийств мирного населения?

Сейджмен, далекий от спекуляций и предпочитающий только фактические свидетельства, считает, что давать исчерпывающие ответы на подобного рода вопросы преждевременно. Однако он обращает внимание на одну деталь, которая больше других отличает "глобальных террористов" "Аль-Каиды" от групп пакистанских фундаменталистов, талибов или чеченских боевиков: эти люди — интернационалисты, «граждане глобальной деревни», покинувшие родные места и пустившиеся в путешествие, некоторые из них — на Запад. Оказывается, 70% из них стали радикалами-исламистами и присоединились к джихаду за пределами родины, главным образом в западных странах. Характерно, что они были рекрутированы или, скорее, "рекрутировали самих себя", будучи посланы как представители элит собственных стран на учебу в США, Германию, Англию или Францию.

Один из вожаков террористической атаки 11 сентября 2001 г., Мохамед Атта, был студентом, выехавшим из Египта в Гамбург для изучения архитектуры. В Германии он организовал ячейку, координировавшую осуществление операции. Другая типичная судьба алькаидовца — выезд в благополучные западные страны в поисках материального успеха. Как правило, магрибские арабы эмигрировали в Испанию, Францию, Италию или Великобританию в поисках хорошо оплачиваемой работы. Многие из них стали гражданами этих стран, причем, по подсчетам Сейджмена, 10% выросли уже на «новой родине».

Магрибские арабы и выходцы из центральных арабских стран (Египта, Саудовской Аравии, Йемена, Кувейта) социально и географически мобильны. Некоторые из них говорят на трех-четырех языках. Их космополитизм резко отличается от локальной культуры членов фундаменталистских движений вроде "Талибана". Более того, активисты "Аль-Каиды" относятся к талибам несколько свысока, как к стаду необразованных мужланов, не умеющих ни читать, ни писать. Сейджмен отмечает, что среди «глобальных террористов» нет ни одного выходца из Афганистана. И это замечание не случайно. В свете перечисленных фактов очень трудно, замечает аналитик, говорить о том, что терроризм пришел на Запад откуда-то извне. Поэтому война с терроризмом за пределами западного мира — в Афганистане или Ираке — бьет мимо своей цели.

Халид Шейх Мохаммед, по всей видимости, один из ведущих организаторов атаки 11 сентября, был студентом Университета Северной Каролины. Ахмед Омар Шейх, осужденный за убийство журналиста Дэвида Перла, учился в престижной Forest School в Лондоне и посещал Лондонскую школу экономики. Как правило, "глобальные террористы" — это люди, оторванные от своих традиционных связей и культур. Многие из них тосковали по родине, чувствовали себя глубоко одинокими, маргинализированными и отвергнутыми обществом в странах пребывания. Они приходили в мечеть не столько из религиозных побуждений, сколько в поисках товарищей и друзей. Там они и обретали единомышленников. В мечетях они слышали радикальные проповеди об упадке и кризисе западных ценностей, о жадности и эгоизме туземцев, что в целом могло стать правдоподобным объяснением их отчужденности и одиночества в западном мире. Ностальгирующие арабы и азиаты начали создавать свою собственную субкультуру.

Неспособность западной культуры интегрировать иммигрантов действительно свидетельствует о болезненном кризисе этого общества. Терроризм, выпестованный не в Кабуле или Каире, а в Лондоне, Париже или Нью-Йорке,— не результат проникновения на Запад мусульманских фанатиков, а следствие неспособности институтов западного общества обеспечить индивидов прочным чувством идентичности, считает Сейджмен. Арабы и другие иммигранты могут чувствовать это гораздо острее, чем коренные европейцы или американцы, но атомизация и отчуждение коснулись практически каждого гражданина «процветающих» демократий. Поэтому идеологической основой такого нового явления, как «глобальный терроризм», может в будущем стать любой другой фундаментализм, не только исламской чеканки.

* * *

Отчет Национального совета по разведке США:
на смену"Аль-Каиде" идут профессионалы террора


В 2020 году человечество будет чувствовать себя в значительно меньшей безопасности, чем сегодня, а "Аль-Каиду" сменят более разветвленные, но не менее радикально настроенные группировки террористов. Такой прогноз дают бывшие разведчики, члены Национального совета по разведке (НСР) США в своем очередном открытом докладе, опубликованном в начале этого года. За последние семь лет это уже третье исследование экспертов разведывательного сообщества, которые пытаются нарисовать объективную картину будущего нашей планеты.

НСР существует уже 25 лет и является главным консультативным органом Белого дома и директора ЦРУ. Он занимается общими вопросами обеспечения национальной безопасности и разрабатывает среднесрочные и долгосрочные прогнозные оценки ситуации в мире.

Специалисты НСР считают, что число и характер ключевых факторов, порождающих мировой террор в современном мире, не изменится в ближайшие 15 лет. По их мнению, основная часть террористических группировок будет состоять из радикально настроенных исламистов. Возрождение исламской идентификации приведет к созданию широкой сети распространения идеологии ислама в Восточной Европе, а также в Центральной и Юго-Восточной Азии. Эти процессы будут сопровождаться углубляющейся солидарностью среди мусульман, которые ведут борьбу в Палестине, в Чечне, в Ираке, в Кашмире, на Филиппинах или в южном Таиланде.

Процессы, происходящие в мусульманских странах, приход в некоторых государствах ислама радикальных лидеров и консолидация мусульман в противостоянии странам "золотого миллиарда" делают реальной возможность создания единого арабского халифата.


Глобальная борьба с террором и развитие информационных технологий вынудят террористов существенно изменить организационные формы своей деятельности. К 2020 году, по мнению экспертов, мировой терроризм будет представлять собой эклектичное множество группировок, ячеек и индивидуальных боевиков.

К этому времени отпадет необходимость в централизованном планировании и руководстве террористическими акциями. Боевики террористических групп будут получать учебные материалы, руководящие указания, технологии изготовления и финансовые средства для проведения акций через интернет и через другие самые совершенные электронные системы будущего.

В 2020 году ядро лидеров "Аль-Каиды" практически перестанет существовать. Однако региональные группировки террористов, организации левого толка, вдохновленные примером "Аль-Каиды", и индивидуальные боевики, которых называют моджахедами или бойцами джихада, будут объединены общей враждебностью по отношению к демократическим и умеренным государствам. Именно они будут совершать террористические акты в будущем.

Эти группы будут активно выступать против идеи глобализации мира и направят свои усилия на создание традиционных исламских сообществ. Сегодня боевики "Аль-Каиды", большая часть которых прошли подготовку в Афганистане, являются кадровой основой многих террористических формирований. На смену им придут экстремисты другого толка. Новый класс боевиков будет рассматривать свою деятельность как профессию. Они будут категорически отрицать политические методы борьбы за свои идеалы, поскольку для них, как для профессионалов, это будет означать только одно – конец. Базой для вербовки боевиков станут Ирак и другие страны, в которых будут возникать конфликты подобного рода. На их территориях расположатся лагеря военной и языковой подготовки рекрутов терроризма.

Террористы-индивидуалы намерены проводить акции на территории любых мусульманских государств, которые будут оккупированы или, по их разумению, подвергаются давлению со стороны "неверных". Они не всегда будут активными сторонниками террора и боевиками в полном смысле этого слова. Однако именно в террористических акциях бойцы джихада будут видеть смысл своей поддержки исламских единомышленников. Широкое распространение биологических и других технологий уничтожения людей значительно расширит возможности проведения акций людьми, которые не ассоциируют себя с террористами.

Как полагают эксперты, даже в том случае, если общее количество террористических группировок и численность боевиков сократятся, уровень террористической угрозы не снизится. При необходимости группы боевиков смогут очень быстро сплотиться для проведения совместных акций. Для этой цели они будут использовать интернет и другие технологии беспроводной связи будущего. Вполне вероятно, что консолидация боевиков будет происходить не только на широко региональном, но даже и на глобальном уровне и эти процессы будет крайне сложно отследить.

В настоящее время террористы во многом зависят от спонсирующих их государств. У них они получают документы, оружие и другие материальные средства, необходимые для терактов. На их территориях располагаются тренировочные лагеря боевиков. В глобальном мире такие группировки как, например, "Хизбалла" смогут обеспечивать себя всем необходимым почти полностью. Кроме того, через третьих лиц они смогут снабжать и другие террористические группировки.

Финансирование террористических актов и закупки необходимых для этого, оружия и других материальных средств, будут по-прежнему проходить по каналам неформальных финансовых структур типа "хавала". Все попытки западных спецслужб прекратить банковскую деятельность такого рода на территории своих государств успехом не увенчались. Поскольку все банковские операции в подобных банковских системах основаны на доверии, проводятся без использования электронных средств и практически не документируются. Отследить денежные потоки, проходящие по таким каналам, невозможно.

Самую большую озабоченность бывших сотрудников спецслужб Америки вызывает возможность появления в арсенале боевиков биологического и даже ядерного оружия. В последнее время выросла активность боевиков по поиску доступа к оружию массового уничтожения. Использование таких средств нападения может привести к беспрецедентным по своим масштабам жертвам. Правда, вероятность появления у террористов ядерных зарядов эксперты оценивают не очень высоко.

Биотерроризм является наиболее приемлемой формой проведения акций для малочисленных групп боевиков. Они смогут организовывать лаборатории для производства биологических веществ на площадях размером с обыкновенную кухню, а устройства, начиненные ими, не превысят размеры тостера. Поскольку сибирская язва, оспа или другие подобные заболевания имеют скрытый период развития, атаки террористов могут идти уже полным ходом, до того как будет установлен факт нападения.

Большинство террористических акций будет проводиться с использованием главным образом обычного оружия. Автомобили, начиненные взрывчаткой, по-прежнему останутся главным средством нападения на объекты террора. Однако боевики будут применять более мощные взрывчатые вещества и беспилотные летательные аппараты.

Использование устройств рассеивания радиоактивных веществ, по мнению экспертов, представляет большой интерес для боевиков. Это оружие может оказаться очень эффективным средством для создания паники, поскольку большинство людей считают, что такие атаки приведут к большому количеству жертв. Поэтому террористы будут искать доступ к технологиям изготовления "упрощенного ядерного оружия". Они будут предпринимать попытки закупок или кражи этих технологий прежде всего в России и в Пакистане. Поскольку все-таки существует вероятность того, что боевики смогут получить эти технологии, эксперты полагают, что полностью исключать возможность проведения террористических акций с использованием ядерных зарядов нельзя.

Нельзя исключать и возможное применение химических средств нападения. Террористические группировки всеми способами ищут возможность приобретения химических технологий и средств.

Одной из форм террора могут стать атаки на компьютерные системы. В ходе этих атак будут уничтожаться компьютеры и другие наиболее важные элементы сетей передачи данных, включая интернет. Террористы будут пытаться уничтожить компоненты информационных инфраструктур, по каналам которых осуществляется управление энергетическими сетями, очистительными предприятиями, транспортом, системами связи и другими жизненно важными государственными объектами. Боевики уже не раз заявляли, что разрушение автоматизированных систем управления США является одной из их главных задач. Такие нападения могут иметь очень тяжелые последствия для экономики и привести к полной дезорганизации нормальной жизни граждан.

Довольно мрачный сценарий будущего, расписанный экспертами НСР Америки, вселяет мало оптимизма. А если учесть, что изощренность действий террористов на общем фоне технического прогресса может приобрести совсем непредсказуемые формы, то безопасно жить в будущем мире станет просто невозможно.


Источник:"И.И.Хохлов "

 Тематики 
  1. Радикальный исламизм   (235)