Разговоры о России как государстве-цивилизации... В какой-то мере они продвигают мышление в сторону понятий сверхнарода(суперэтноса) и Российской метакультуры. Хотя нельзя забывать, что последнее включает все этносы российского сверхнарода, многие осколки прежде единого государства, и, самое главное, трансфизические полюса метакультуры – Небесную Россию, а также противоборствующий ей инфернальный шрастр.
Для России земной, если отвлечься от неоднозначного термина "цивилизация", форма единого сильного государства, при всех сопутствующих издержках, оправдана свыше (
РМ 7.1.43). Последствия же обрушения этой формы в 1991 году – есть ни что иное, как упомянутая Д.Андреевым "опасность, так грозно осуществившаяся в истории большинства других культур" (
РМ 9.1.23).
Формула "государства-цивилизации" уже на уровне звучания нейтрализует трафаретные внушения поклонников Запада о "всём цивилизованном мире" и
т.н. "цивилизованных странах", чем "тонко намекают" на недоцивилизованность остальных.
Чаще всего Даниил Андреев применяет слово цивилизация в основном его значении, то есть для обозначения
не "суперэтнического объекта", сверхнарода с уникальным культурным единством, а
свойства цивилизованности, которое одинаково усваивается разными сверхнародами (разными странами, обществами, группами людей). В этом смысле говорится о распространившейся на весь мир западной цивилизации (
РМ 9.1.40-41). Тут возможна
большая или меньшая цивилизованность, но альтернативных вариантов цивилизованности в человечестве нет.
Даниил Андреев сознательно разграничивал цивилизацию и культуру (
РМ 1.2.32,
РМ 9.1.55). "Цивилизация" – нечто поверхностное по отношению к культуре, религии; нечто, связанное с техническим развитием (
РМ 12.2.15). Современная цивилизация – бездушна (
РМ 12.3.45).
Своеобразие метакультур проистекает из форм выражения духовности в религии и культуре, а не от технического и управленческого прогресса, которые повсеместно сходны, не уникальны.
Вместе с тем, иногда Д.Андреев использует слово цивилизация и для обозначения проявления конкретной метакультуры в нашем физическом мире (
РМ 3.2.22 – Суданская,
РМ 7.1.7 – "великие цивилизации",
РМ 8.1.19 – Католическая). И тут совпадение с геополитической терминологией шпенглерианского толка налицо, да и "государство-цивилизация" сюда вписывается. Политология в нынешней норме чужда всякой духовности. Потому ей и доступны лишь "цивилизации" как земные проекции метакультур. Но и Даниил Андреев в указанных случаях не выходит за рамки земного аспекта метакультур.
Важно понимать, что западный псевдолиберальный глобализм, враждующий в том числе и против небес Запада, по существу оперирует основным значением слова "цивилизация", указанием на упомянутый выше "прогресс".
Что такое тогда "цивилизационный выбор" (той или иной страны в пользу Евросоюза)?
– Это форма подверженности глобалистской политической пропаганде, разрушительной для любой духовной культуры. Это – предательство своей небесной отчизны. Это не есть выбор чего-то относящегося к подлинной, духовной культуре. Сознательный выбор народом (мета)культурной принадлежности – это нонсенс. Тот, кто познал глубинно разные метакультуры, что случается редко, будет сознавать, безо всякого выбора, причастность и одному светлому полюсу, и другому, ибо они не враждуют друг с другом.
А что такое "цивилизационная идентичность"?
– В контексте современной идеологии глобализма, это указание на стремление влиться в усердно формируемую на Западе единую бездуховную космополитическую "общечеловечность", т.е. указание на последствие свершившегося т.н. "цивилизационного выбора", предательства своей метакультуры, отказа от небесных высот вообще – и следование инспирациям из инфернальных глубин.
– Во втором значении "цивилизационная идентичность" оказывается сниженной, обездушенной, но допустимой (по неведению лучшего) формой указания на принадлежность к метакультуре. Коль скоро культуры отдельных народов в "цивилизации" ещё не возвели, у этого выражения есть некоторое преимущество перед "культурной идентичностью", ибо в последней не заложено различение уровней этноса и суперэтноса. Правильнее всего говорить о метакультурной принадлежности, что недвусмысленно указывает на уровень сверхнарода.